Home » Общество » Украинская и донецкая беженки описали тяжелый переезд в Москву

Украинская и донецкая беженки описали тяжелый переезд в Москву

Беженцы с Украины продолжают прибывать в Россию. Не у всех дорога к спасению была простой. Наша собеседница Оксана и её 13-летняя дочка Анна прежде, чем попасть в Россию, преодолели трудный путь через Европу. До отказа забитый поезд, скитание по чужим странам, таможня и часы ожидания на вокзалах. У Ольги, беженки из Донецка, совсем другая история. «Московскому комсомольцу» женщины рассказали о своих злоключениях.

Фото: АГН «Москва»

— Я из города Новомосковск Днепропетровской области, — говорит Оксана. — Когда началась спецоперация, по телевизору пошла массированная антироссийская пропаганда. Но мы знали, что все не совсем так – мой сын с 2014 года живёт в Москве.  Мы решили выехать из страны, но путь у нас был один – через Европу. 9 марта мы сели на поезд до Львова. Так началось наше приключение.

— Много народу было в поезде?

— Эвакуационные поезда тогда были забиты битком. В одном только тамбуре было 14 человек. Люди сутки ничего не ели и не пили, чтобы не ходить в туалет. В поезда надо брать минимум вещей, могут не пустить с животными. Весь приоритет людям. Среди пассажиров было очень много людей из Харькова. Когда мы доехали до Хмельницкого, люди кидали нам в окна бутылки с водой, яблоки, конфеты, печенья.

— А как вы попали в Европу?

— Во Львове мы пересели на автобус до Варшавы, там нас уже встретил родственник. В Варшаве моя дочка семь или восемь часов проспала прямо на вокзале, там очень много людей, многие так и делают — ложатся на плед или одеяло и спят на лавках, на полу.

— Как в Польше вообще встречают приезжих беженцев?

— Встретили нормально. Там много волонтёров, они одеты в приметные жилеты лимонного цвета. Разговаривают на русском, без конца носят продукты – каждые 15 минут. Всё это снимает огромное количество репортёров, у которых задача – сделать картинку.  

На вокзале познакомились с семьёй цыган из Одесской области. Спросили у них, куда они едут, ответили – в Швецию. Вот так вот. Украинцы там не задерживаются. Хотят уехать дальше в Европу, в основном бегут в Германию. Встретили женщину, которая пыталась улететь в Италию. Очень много женщин с детьми, старики.

— Что с жилищными условиями?

— Ты приходишь в волонтёрский штаб, заполняешь анкету латинскими буквами, и тебе ищут бесплатное жилье. Тут же оформляют на год визу, но она не полноценная – только чтобы переждать боевые действия. Они ещё предлагают работу. Точно не могу сказать, но вроде там государство доплачивает тем, кто берет к себе беженцев. Через фонд занятости предлагают работу…

— Какую?

— Строители, официанты – для мужчин. Для женщин – это швея, медсестра, но вакансий мало и надо знать язык. Кстати, нам ненавязчиво-активно предлагали учить польский язык. 

— Куда отправились дальше?

— В Чехию. Опять поезд и ещё восемь часов. Жили в городе Портупица у родственников, это в часе езды от Праги. Там везде украинские флаги и билборды. Чешский флаг подменили украинским.

На месте всё делает волонтёрский штаб. Тебе дают фрукты, чай печеньки… Для тех, кому негде разместиться, стоит большая палатка, пока не найдут постоянное место обитания. Мы там не задержались, жили восемь дней, и отправились дальше – в  Россию.

— Как вам удалось попасть в Россию, если небо закрыто?

— С тремя пересадками доехали до польского города Гданьск, а от Гданьска сели на автобус до Калининграда. Путь занял несколько дней. Нас очень долго держали на российской таможне, проверяли. Хотя в автобусе нас было всего 18 человек. Беседовали, проверяли багаж, телефоны.

— Из Польши легко выехали?

— Пограничники предупредили, что дороги назад у нас нет.

— Как вы сориентировались, когда приехали в Россию?

— В Москве я была ещё при Союзе – родители приезжали торговать семечками. Если бы не сын, не знаю, как бы справились. Сейчас мы живем у него. Он работает в IT-сфере.

— С какими сложностями столкнулись как беженцы в Москве?

— Мы заполнили документы на помощь в десять тысяч, но нам сказали, что они могут прийти через месяц. Ещё столкнулись с тем, что невозможно поменять гривну. Сделали заявку в банк, от них нет ответа. Сейчас будем оформлять временное убежище, но для этого нужно пройти медкомиссию, а она платная. Порядка 6000, а ещё нужен паспорт, свидетельство о рождении и много документов.

— С образованием что думаете делать? Вашей дочке нужно учиться .

— Сперва нужно решить вопрос с медициной, поскольку у моей дочки патронажное обучение – по состоянию здоровья. А для получения медицинской справки прежде нужно проходить медкомиссию, чтобы получить полис. Как-то будем крутиться…спасибо волонтёрам,  помогают.

Мы приехали во всём зимнем, а в волонтёрских центрах можно бесплатно подобрать одежду полегче. Там хорошая аура, хорошие люди.

— Как вам Москва, успели что-нибудь осмотреть?

— Красивый город, понравился. Были в парке Сокольники, выпал снег в тот день, было очень красиво. У дочки недавно был День рождения – отметили в котокафе…Общение с животными важно, ведь на родине у нас остались котик и кошечка с котятами и морская свинка…

«Особенно неуютно было в торговом центре — много людей» 

Беженка Ольга из Донецка живёт в Москве с начала спецоперации, и теперь уже сама, вместе с коллективом добровольцев помогает тем, кто только приехал и нуждается в  помощи.

— Во время объявленной эвакуации я централизованно не выезжала в пункт временного размещения, потому что у меня собака, — . рассказывает Ольга. —  Бросить собаку мы не могли. И вот 27 февраля  я эвакуировалась в Москву. Сейчас нашла работу в колледже, прошла медосмотр. Мой сын учится в техникуме, в Донецке. 

— Вам еще хватает сил ещё и помогать другим беженцам…

— Когда я приехала сюда, через Телеграм нашла группу волонтёров и предложила им свою помощь как человек, давно работающий в волонтёрском движении. Даже по стилю написания просьбы можно понять, человек настоящий беженец или мошенник…

— Под видом беженцев могут обращаться мошенники?

— Такие истории были. Были люди, которые под видом беженцев пытались собрать деньги, и их много. Меняют ники, фотографии, но стиль сообщений у них одинаковый.

— Расскажите о своей жизни в Донецке. Какая обстановка была в городе минувшие восемь лет?

— В Донецке все эти восемь лет я жила на съёмном жилье, потому что моя квартира находилась в трёх километрах от линии разграничения, где стояли украинские войска – обстреливаемый район. Были прилёты, меняла разбитые окна, батареи. У них была фишка – вести обстрелы во время православных праздников.

— Кем работали?

— В последнее время я занималась продажей свечей. Делала свечи, когда уехала, всё оставила там.

— Вам уже удалось получить пособие?

— С 3 марта деньги ещё не получила. Выживаю благодаря поддержке хозяйки квартиры, где я живу, и волонтёрской помощи.

— Как работу удалось найти? Это наверное сложно для беженца…

— Помогли знакомые из Донецка, которые живут там. У меня хороший трудовой опыт, последнее официальное место работы – Министерство транспорта в Донецке. Ещё работала в Спортивном комитете, помогала в организации Чемпионата мира по футболу в 2012 году. Финальная игра тогда проходила в Киеве.

— В Москве вы первый раз?

— Приезжала в 2019 году с благотворительным фондом из Донецка на рождественские каникулы — посещали кремлёвскую ёлку и океанариум. Эти дети были из обстреливаемых районов, у каждого погибли папа или мама.

— С какими трудностями сейчас столкнулись?

— Главная проблема – получить нотариально заверенные документы. Это очень дорого.

— Тяжело ли адаптироваться в незнакомом городе ?

— Первые две недели – очень тяжело. Особенно неуютно мне было в торговом центре, где много людей. У нас в Донецке комендантский час, в 9 вечера на улице мало, кого встретишь. Тут всё по другому и очень непривычно, поэтому социальная адаптация проходит сложно.

Источник

Add a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.