Home » Общество » Сталинская «прививка от трусости»: тяжелая история появления в РККА штрафных подразделений

Сталинская «прививка от трусости»: тяжелая история появления в РККА штрафных подразделений

80 лет назад появился один из самых знаменитых, самых жестких и вызывающих противоречивые чувства документов Великой Отечественной — приказ №227, известный в народе еще как «Ни шагу назад!». Об этом распоряжении, подписанном Сталиным 28 июля 1942 года, которое узаконило в Красной Армии штрафные подразделения и заградительные отряды, до сих пор спорят историки.

Фото: ru.wikipedia.org

Легендарный 227-й приказ готовил начальник Генштаба генерал Александр Василевский. Однако текст потом основательно отредактировал, вписав в него целые абзацы, сам Верховный главнокомандующий. Среди исследователей можно встретить мнение, что это едва ли не самый откровенный, самый отчаянный за все время войны посыл вождя страны своим «верноподданным» — тем, кто уже воевал в действующей армии, и тем, кому еще предстояло пополнить ее ряды.

А.М.Василевский впоследствии высказал такое мнение: «Приказ №227 — один из самых сильных документов военных лет по глубине патриотического содержания, по степени эмоциональной напряженности. Я, как и многие другие генералы, видел некоторую резкость оценок приказа, но их оправдывало очень суровое и тревожное время…»

Действительно, за все десятилетия советской власти немного найдется документов, подписанных в Кремле и предназначенных для широкой огласки, где столь откровенно был бы упомянут негатив, связанный с действиями наших войск. И тому есть объяснения. Именно летом 1942-го подошла к катастрофическому для СССР рубежу обстановка на фронтах. Прежние оптимистичные надежды на перелом в войне и ее победное завершение, возникшие еще зимой, после успешного контрнаступления под Москвой, сменились чередой тяжелых стратегических неудач, которые могли привести к окончательному поражению. Об этих неудачах без завуалированных формулировок, указывая даже конкретных виновников, написал в приказе сам Сталин:

«Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами. Враг уже захватил Ворошиловград, Старобельск, Россошь, (…) половину Воронежа. Часть войск Южного фронта, идя за паникерами, оставила Ростов и Новочеркасск без серьезного сопротивления и без приказа из Москвы, покрыв свои знамена позором…»

А дальше следуют и вовсе запредельные высказывания в адрес РККА: «Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся к Красной Армии, начинает разочаровываться в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие из них проклинают Красную Армию за то, что она отдает наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток».

Советские люди «разочаровываются» и даже «проклинают» армию? За подобные слова любой гражданин СССР еще вчера мог запросто угодить в застенки НКВД как «контра». А теперь эти уничижительные формулировки, подписанные наркомом обороны, зачитывают в полках перед строем.

Фактический автор приказа — Сталин — совершил еще один невиданный доселе поступок. Он похвалил гитлеровцев:

«После своего зимнего отступления под напором Красной Армии, когда в немецких войсках расшаталась дисциплина, немцы для восстановления дисциплины приняли некоторые суровые меры, приведшие к неплохим результатам. Они сформировали 100 штрафных рот из бойцов, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, поставили их на опасные участки фронта и приказали им искупить кровью свои грехи. Сформировали… около десятка штрафных батальонов из командиров, провинившихся в нарушении дисциплины, (…) лишили их орденов, поставили их на еще более опасные участки фронта и приказали им искупить свои грехи. Они сформировали, наконец, специальные отряды заграждения и велели им расстреливать на месте паникеров в случае попытки самовольного оставления позиций и в случае попытки сдаться в плен… Эти меры возымели свое действие, и теперь немецкие войска дерутся лучше, чем они дрались зимой. Не следует ли нам поучиться в этом деле у наших врагов?»

Фото: weural.ru

Вывод хозяин Кремля сделал однозначный: поучиться у гитлеровцев следует. В войсках РККА отныне в массовом порядке вводились штрафные подразделения, куда стали отправлять тех, кто спасовал на поле боя, отступил без приказа, совершил иные преступления. А чтобы создать у бойцов и командиров дополнительный стимул биться с врагом, не щадя жизни, предусмотрена была организация заградительных отрядов, которые должны размещаться «в непосредственном тылу неустойчивых дивизий».

Известный советский писатель Константин Симонов, много повидавший, будучи военным корреспондентом, написал позднее: «…Не приказ двести двадцать семь был тяжелый, а тяжело было, что… дожили до такого приказа… Приказ двести двадцать семь… поставил вопрос ребром: остановиться или погибнуть. Если так и дальше пойдет, пропала Россия!»

* * *

Штрафбаты и воевавшие в их составе штрафники — это при советской власти было закрытой темой. Зато теперь истории, связанные с героями и антигероями на букву «ш», оказались в числе самых востребованных страниц той войны. О них в последние годы сняты фильмы, написаны десятки книг. Но все равно остается еще много неясного, противоречивого. С некоторыми из этих вопросов мы постарались разобраться, поговорив с доктором исторических наук, ведущим научным сотрудником Института всеобщей истории РАН Вадимом Телицыным, который основательно занимался темой штрафных подразделений в Красной Армии.

— Читал в публикациях некоторых авторов, что штрафные воинские части у нас появились еще до подписания приказа №227…

— Мне доводилось слышать такую историю: некий летчик убил жену с любовником и, будучи приговорен к расстрелу, в письме Сталину попросил разрешения умереть в бою. Сталин, сказав: «А вдруг он хотя бы одного немца убить сможет?» — принял решение создать штрафбаты. Но это всего лишь легенда.

Штрафные подразделения существовали в Красной Армии с 25 июля 1942 года. В этот день, даже раньше знаменитого сталинского приказа, была сформирована отдельная штрафная рота 42-й армии Ленинградского фронта. А датой, когда штрафные роты прекратили свое существование, называют 6 июня 1945-го: тогда была расформирована последняя из них — 32-я отдельная штрафная рота 1-й Ударной армии.

— Если судить по некоторым нынешним фильмам, в составе штрафбатов наряду с провинившимися советскими воинами сражались также и матерые уголовники, «политические»…

— Такое мнение действительно сейчас распространено. Однако оно не соответствует реальности. Лица, отбывающие наказание за тяжкие уголовные преступления, а также за государственные преступления, согласно существовавшим в то время законам обязаны были провести весь положенный срок в тюрьмах и лагерях. Но люди с «гражданки» все-таки могли оказаться среди штрафников на передовой. Во время войны допускалось в качестве альтернативной меры наказания направление по приговору суда в штрафные роты гражданских лиц, осужденных за совершение нетяжких и средней тяжести общеуголовных преступлений.

— Наверняка многие наши читатели путаются: что такое штрафной батальон и что такое штрафная рота? Какая между ними разница?

— Это различие указано в самом приказе №227. Штрафбат — штрафное подразделение в ранге батальона. Туда направлялись военнослужащие офицерского состава всех родов войск, осужденные за воинские или общеуголовные преступления. Данные подразделения формировались в пределах фронтов — от одного до трех на каждом фронте. В штрафбате насчитывалось по 800 человек.

Для провинившихся военнослужащих из числа рядового, сержантского состава предназначались штрафные роты. Их формировали в пределах армии — от пяти до десяти таких рот. В каждой — по 150–200 человек.

— Существует расхожее мнение, что штрафников отправляли фактически на убой, поручая им самые сложные и даже безнадежные боевые задания…

— Сам смысл появления штрафных подразделений был в том, чтобы дать оказавшимся в них людям возможность «кровью искупить свою вину перед Родиной». Так что бои на самых опасных участках и неизбежное при этом значительное количество убитых и раненых вполне объяснимы. Потери в штрафных подразделениях были гораздо выше, чем в обычных частях.

Причиной тому — еще и весьма своеобразные «тактические задачи», которые порой командование поручало штрафникам. Скажем, при нехватке саперных частей солдат штрафной роты могли послать на ликвидацию минных полей. Причем сплошь и рядом люди, не имеющие соответствующих навыков, разминировали территорию собственными телами: задетые ненароком мины взрывались у них под ногами.

Еще одно специфическое военное изобретение с использованием «пушечного мяса»: штрафников нередко задействовали в «разведке боем». Когда нужно было составить хотя бы приблизительное представление о состоянии немецкой обороны, этих «храбрецов поневоле» посылали в лобовую атаку без какой-либо поддержки, с одной лишь целью: вызвать на себя как можно более мощный шквал немецких мин, снарядов и пуль. Благодаря этому наши офицеры, наблюдая издали, могли нанести расположение позиций вражеских минометов, орудий и пулеметов на свои карты. Информация была очень важна для последующих успешных действий против гитлеровцев, но получали ее ценой большого количества человеческих жизней: до 90% штрафников из таких «разведок боем» не возвращались.

— Причин для попадания в штрафники было много. Вам наверняка попадались и неординарные случаи?

— Большинство печальных историй этих людей достаточно традиционны, развивались по нескольким «классическим» схемам. Вот лишь три примера, взятые из сохранившихся документов военного времени.

Командир танкового взвода лейтенант Матвиенко в районе Вязьмы в октябре 1941-го попал в окружение. После ранения в ногу отстал от части. До прихода Красной Армии скрывался, проживая в своей семье на Полтавщине.

Гвардии капитан Денисов, в апреле 1944 года командированный для заготовки зерна и картофеля, пьянствовал, разбазарил вверенное имущество. Почти пятьдесят суток не являлся к месту службы.

Офицер связи 52-й гвардейской танковой бригады лейтенант Золотухин в июне 1944-го утерял пакет с секретными документами…

В каждом штрафном подразделении воевали с врагом не только осужденные за преступления, но и законопослушные офицеры. Командир штрафбата, его замполит, командиры рот — все это были люди не из числа осужденных. Впрочем, мне известны ситуации, когда статус человека, воюющего в штрафном подразделении, менялся, и он с командной должности попадал в ряды своих прежних подчиненных.

Например, однажды в штрафбат угодил командир штрафной роты. После боя и тяжелых потерь в его подразделении получили продукты и водку («наркомовские 100 грамм») на уже погибших к тому времени солдат-штрафников. Столь богатые припасы употребили в дело: была организована пьянка, к которой присоединились и чины из военной прокуратуры. А потом, хорошо угостившись у командира штрафроты, они же и организовали на него дело за хищение. В результате офицер этот попал «искупать вину» в штрафной батальон.

Другой случай — из разряда «не рой другому яму». Любвеобильный инженер-майор домогался девушек-военнослужащих, пугая в случае отказа отправкой в штрафную роту. А те доложили о ловеласе куда следует. В итоге проведенного разбирательства и состоявшегося суда штрафником стал сам майор.

Плакат 1943 года. Фото: weural.ru

— Известно ли общее количество штрафных подразделений и тех офицеров и солдат, которые через эту «мясорубку» прошли?

— Во многих справочниках приводятся такие цифры: за время существования штрафбатов и штрафных рот в такие специфические воинские части было направлено по приговору суда без малого 428 тысяч человек. Это составляет 1,24% от числа военнослужащих, прошедших через советские Вооруженные силы за годы Великой Отечественной войны.

По годам эти людские потоки заметно отличаются: в 1942 году в составе штрафных подразделений успело повоевать почти 25 тысяч человек, в 1943 году — около 178 тысяч, в 1944-м — свыше 143 тысяч, в 1945 году — без малого 82 тысячи.

Ответить на вопрос о количестве штрафных частей на самом деле трудно. Хотя составители современных справочников вроде бы точно сообщают: в период Великой Отечественной войны в Красной Армии было 65 штрафбатов и 1048 штрафных рот. Имеется даже конкретный перечень с указанием присвоенных им номеров. Однако не все так очевидно. Сроки существования таких подразделений различны. Какие-то существовали долго, какие-то — совсем короткое время.

Например, если в списке указано «1943 г.», это вовсе не значит, что данный батальон или рота существовали весь 1943 год. Известно, скажем, что 1-й и 2-й штрафные батальоны, сформированные к 25 августа 1943 года из бывших военнопленных, уже спустя два месяца были расформированы, а их личный состав восстановлен в правах.

Таким образом, количество одновременно существовавших штрафных частей оказывается гораздо меньшим. По одним данным — 38 отдельных штрафных батальонов и 516 отдельных штрафных рот. Другие исследователи насчитали 45 штрафных батальонов и 470 штрафных рот. Третьи — 51 отдельный штрафной батальон и 529 отдельных штрафных рот…

Цифры, упомянутые Вадимом Телицыным, возможно, покажутся кому-то не столь внушительными. Но в любом случае речь идет о десятках и сотнях тысяч советских офицеров и солдат, которым в соответствии со сталинским приказом №227 была сделана «прививка от трусости».

Источник

Add a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.